Права Гагаузии: защищать малое или требовать невозможного?

Опубликовано 6 ноября
Права Гагаузии: защищать малое или требовать невозможного?

Когда руководство Гагаузии говорит о правах автономии, крайне важно, что бы каждое требование имело под собой надёжное обоснование и не воспринималось как провокация. В противном случае одна такая провокация может привести к тому, что все остальные требования, вполне адекватные, будут преподноситься  оппонентами Гагаузии в духе «что то эти гагаузы слишком уж переборщили».

Похожее впечатление произвело выступление Башкана Ирины Влах перед мониторинговой комиссией Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), которое прошло в Париже в начале ноября. Влах сообщила европейским дипломатам о том, как Комрат видит проблемы взаимоотношений с центральной властью Республики Молдова и какие пути решения предлагает. Так, Башканом совершенно верно было отмечено, что источником всех противоречий является отсутствие закрепления полномочий Гагаузии в Конституции РМ.

Из-за этого у автономии нет механизма защиты своих прав и молдавские власти время от времени беспрепятственно отменяют полномочия региона, прописанные в Законе об особом правовом статусе Гагауз Ери. Что бы изменить ситуацию и предоставить Гагаузии гарантию соблюдения прописанных в законе полномочий, как озвучила Влах, необходимо наделить этот закон конституционным статусом. То есть сделать так, что несоблюдение любого из полномочий Гагаузии будет равносильно нарушению Конституции.

Также Влах заявила о необходимости предоставить Гагаузии пятиместную квоту в парламенте для депутатов, представляющих автономию. Эту идею давно и многократно озвучивала «Единая Гагаузия» и многие гагаузские политики. По сути, такая квота может стать для Гагаузии политическим инструментом защиты своих интересов.

Но следующий тезис Башкана, к сожалению, уже не может вызывать одобрения.  Вот эта часть её выступления:

Гагаузия имеет право быть широко представленной и в исполнительных органах власти. А именно, Башкан по статусу должен быть не только членом кабинета министров, но и вице-премьером. Один из заместителей министров в каждом министерстве также должен представлять Гагаузию. Представители Гагаузии должны работать во всех дипломатических миссиях Республики Молдова за рубежом. 

Что же здесь не так? Ведь «Единая Гагаузия» буквально недавно сама возмущалась кадровым национализмом правящего режима. И всё же разница в наших подходах есть.

Есть такой принцип: если хочешь получить малое, требуй невозможного. Это как раз то, что показала Ирина Влах, говоря о представительстве Гагаузии в органах власти. Представительство, бесспорно, должно быть, но надо принимать во внимание политические, демографические и иные факторы. Башкан является сегодня членом правительства, но насколько оправданно его повышение до уровня вице-премьер-министра? Гагаузия может претендовать на то, что бы её представители заняли ключевые места в дипломатических миссиях РМ в Анкаре и Москве. Но насколько оправданны такие претензии в отношении остальных посольств?

Нет, конечно же нам тоже хотелось, что бы эти требования стали реальностью. Но как отреагирует остальная часть страны на такое положение дел? Шутки шутками, но это идеальная почва для спекуляций в сфере межнациональных отношений.

Такой подход мог бы быть уместен в других политических условиях. Например, он работал в начале 90-х, когда Гагаузия говорила с позиции Гагауской Республики. Когда на кону было возвращение части территории в состав Молдовы, Кишинёв был готов идти на компромиссы. В условиях того политического торга Кишинёв согласился на предоставление Гагаузии автономии, поскольку деваться было некуда. Сегодня деваться есть куда. На сегодняшний день мы не имеем возможности побудить Кишинев на такие большие уступки. Поэтому каждое наше требование должно быть выверенным, просчитанным по последствиям, иметь беспроигрышное правовое обоснование. Конституционное закрепление статуса Гагаузии – да. Квота в парламенте – да. Но требование протолкнуть в руководство каждого министерства по гагаузу – перебор.

Говоря о кадровой политике, необходимо говорить об изменении государственного подхода для всех представителей национальных меньшинств. Когда будет снят негласный запрет на занятие важных государственных постов представителями нацменов, то гагаузы смогут в равной конкурентной борьбе пробиваться и в министерства, и в зарубежные посольства и - почему нет - в президентуру. Но это уже другой вопрос, который не имеет прямого отношения к теме противоречий между Комратом и Кишинёвом.

Короче говоря, нам бы защитить те права, что у нас уже имеются по закону. Замахиваться же на большее, не имея возможности использовать то, что уже имеем, является политической ошибкой. Надеемся, г-жа Влах с этим согласится.